logo
 

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

Жизнь и творчество Гофмана (1776—1822)—одна из сложнейших и интереснейших страниц литературы романтического периода. К его творчеству ни одна эпоха не относилась с безразличием — его или страстно принимали, или столь же непримиримо отвергали. Но и в том и в другом случае творчество его оказывало неизменное воздействие на художников разных школ, направлений, времен, вплоть до современности. Произведения Гофмана получили высокую оценку и признание К. Маркса (который даже—в подражание Гофману — сочинил сказочную новеллу), русских революционеров-демократов, современных критиков.

Гофман прожил недолгую, полную трагизма жизнь; нескладное детство без родителей (они разошлись, и он воспитывался у бабушки), нужда, вплоть до самого натурального голода, неустроенность с работой, болезни. Биография Гофмана — не исключение из правила, она типична для большинства писателей романтической поры, людей, особенно обостренно, даже болезненно воспринимавших невозможность реализации в жизни того энтузиазма и тех надежд, которые были вызваны Французской революцией 1789 года и оказались особенно недостижимыми в Германии.

Природа щедро одарила Гофмана талантами: способный музыкант, создатель первой романтической оперы «Ундина», до сих пор звучащей на сценах, своеобразный художник-график, тончайший музыкальный критик он, наконец, писатель, всего за 18 лет создавший домики произведений (первая новелла написана в 1809 году), которые завоевали мировую известность. Личность сложная и неординарная, он ни формально, ни по сути своего миросозерцания не принадлежал ни к одной из немецких романтические школ, хотя и разделял многие их идеи.

Как и другие романтики, Гофман истово верил, что возможно организовать по законам эстетики, законам красоты. Главную роль он отводил личности, и прежде всего личности творческой, способной сотворить новый мир—правда, к сожалению, не столько в реальности, сколько фантазии. Ведь так хотелось верить, что, осознав законы красоты, человечество немедленно построит и перестроит мир но ее законам. Иначе зачем жить, зачем так велик и прекрасен человек?

Гофман был внешне далек от конкретной политической борьбы, и упрекать его в этом бессмысленно, поскольку в начале ХIХ века ее еще невозможно было вести в Германии. И вместе с тем, когда в конце жизни ему пришлось занимать довольно значительный пост, он сделал все от него зависящее, чтобы помочь молодым участникам студенческих волнений. Однако мир для него делился не но классовому и социальному признаку, а на тех, кто способен если не понять, то хотя бы услышать истину о мире и человеке, и тех, кто на это не способен, — на музыкантов и <повес не музыкантов>.

Для Гофмана музыкант» - не профессия, а особая способность человеческой души его героев: студентов, чудаков, не умеющих жить по законам буржуазного, филистерского мира. Люди с музыкальной чуткой душой—чаще всего изгои буржуазного мира. Это вечно куда-то стремящиеся, мятущиеся энтузиасты, не ведающие покоя, презирающие вещное благополучие.

Они автибуржуазны в своей сущности, они—бунтари, хотя и не знающие, как и куда направить свое бунтарство, а посему всегда трагичные. Необычайно емко определил это состояние немецкого романтического героя Томас Манн, назвав его «пессимизмом честности», то есть единственно исторически возможным тогда состоянием.

Однако Гофман в значительно меньшей степени, чем его современники, доверялся мечтам. Слишком суровая школа жизни была у него позади, к литературе он пришел уже сложившимся, зрелым человеком, пришел с пониманием, что хотя творческой  личности дано проникновенное познание истин, по в реальности приходится «чеканить из своего вдохновения золото, чтобы дольше протянуть Нить своего существования», поскольку «почти нет художников, которые сделались таковыми но свободному выбору: все они выходили и теперь еще выходят из неимущего класса».

Таким образом, совпадая со своими современниками в стремлении создавать фантастический, сказочный мир, Гофман в отличие от многих из них ни на минуту не отступает от разума, логики, твердого осознания, что бытие человека в двух противоположных состояниях—реальности и мечте, — его «двоемирие»— это и проявление величия духа человеческого, и извечная его мука в жажде догнать и воплотить в реальности мечты, от пего убегающие. Тем самым Гофман приближается к мышлению такого типа, когда логика парадокса, сочетания взаимоисключающих истин приходит на смену линейной логике. И тогда становится понятным, что самая невероятная фантастика есть реальное отражение еще не познанных логикой законов. Более того, подлинно фантастическими окажутся не плоды человеческой фантазии, а сама реальная жизнь во всей сложности и многомерности.

Когда мы вступаем в художественный мир Гофмана, нас охватывает ощущение какого-то всеобщего безумия, странности, необычности, невероятности всего происходящего. Новелла «Золотой горшок» знакомит нас со студентом Ансельмом, человеком талантливым, но чудаковатым и нескладным. Он молод, влюблен во вполне реальную и типичную немецкую горожанку Веронику, четко знающую, что любовь—дело хорошее и в молодости необходимое. Она и поплакать может, и прибегнуть к помощи гадалки, чтобы чарами «присушить» милого, но при этом ни на минуту не забывает, что возлюбленному прочат хорошую должность, а там—и  свои дом на городской площади и благополучие.

Собственно, это и есть единственная понятная для нее форма любви. Вероника не только типична — она стереотипна до автоматизма. В одной из поздних новелл Гофмана вместо подобной Вероники появится просто кукла, которая будет произносить те же слова и вести себя так же. Очаровательная Вероника страшна и отвратительна в своем вещно-буржуазном автоматизме, не случайно она одного поклонника с необычайной легкостью меняет на другого, которому прочат ту же должность со всеми вытекающими благоденствиями.

Гофман дает своей новелле подзаголовок: «Сказка из новых времен». Новое — такое расплывчатое и непостижимое — обрастало плотью, становилось объективной реальностью, если молодость и счастье начинали измеряться товарно—денежной стоимостью. Тогда вдруг обнаруживалась реальная подоплека и у совсем уж фантастических вымыслов писателя — когда блестящая начищенная ручка звонка в богатом доме вдруг оборачивалась отвратительной рожей с высунутым языком и стремилась стукнуть бедного Ансельма, а шнурок от звонка превращался в змею, норовившую его удушить. Невероятно, непредставимо, но у Гофмана мы постоянно сталкиваемся с подобным одухотворением предметов, вещей и всегда в одной ситуации — когда бедный энтузиаст и «музыкант попадает в богатые дома: пузатые чайники плюются кипятком, розовощекие яблоки строят рожи и так далее и тому подобное» .

Ничего аналогичного в фольклоре не было, это были сказки нового времени, когда вещь стала цениться выше всех человеческих достоинств и <ощущать> враждебность по отношению к инакомыслящим, внебуржуазным, а значит,          недостойным героям-мечтателям. Ансельм, влюбленный в Веронику, скорее смутно предчувствует горькую истину, чем осознаёт ее. До конца ему и не дано ее понять, как всем романтикам, но что-то таинственное манит его, уводит из упорядоченного мира Вероники. Так появляются невероятные зеленые змейки в кустах бузины, завлекающие задремавшего студента пением, особенно одна из них — прекрасная Серпентина. Как выяснится но ходу сказки, она — дочь сказочного Саламандра, который, однако, живет в том же городе Дрездене и является королевским архивариусом; он к тому же опасается потерять работу — из-за всяких россказней о чудесах, творящихся в его доме. Бедному Саламандру, кроме Серпентины, которую удалось выдать за Ансельма, необходимо пристроить еще двух дочек.

Гофман поражает нас невероятным, но настойчивым сочетанием вымысла, пестрого и пышного (особенно когда повествуется о любви Саламандра к прекрасной Лилии в легендарной стране Атлантиде), и нарочито прозаизированной реальности.

Столкновение двух миров всегда высекает искры юмора, иронии, а подчас гротеска, и сочетание это оборачивается парадоксом. С этим мы встретимся на всех уровнях произведения, от сюжета до малейших деталей повествования. Когда Ансельму что-то мерещится, автор непременно упомянет то перегрей на весеннем солнышке, то излишние возлияния и даже : посоветует пиявки к мягкому месту для очищения головы от фантазий. Писатель остается ироническим аналитиком-наблюдателем, что помогает ему осознавать процесс перехода из реальности в мир, сконструированный сознанием и фантазией, чтобы нельзя было принять одно за другое. Однако романтическая ирония включала в себя и функцию известного примирения с реальностью, поскольку не требовала ее изменения, а лишь позволяла творческому духу временно передохнуть в сияющей красоте, чтобы вновь,шись ус реальности и зная ее подлинную сущность, позволить себе и ее воспринимать иронически. Но если теоретика романтизма подчеркивали нарочито игровой, буффонадный аспект иронии, то у Гофмана ирония, не отказываясь и от этой роли, всегда серьезнее и трагичнее.

 Автор и сам осознает правила игры, и читателя постоянно предостерегает от обольщения этой игрой. Ирония Гофмана перерастает в гротеск, социальную сатиру, поскольку его герои — при всей их условности — четко координированы социально: мещанка Вероника, довольно состоятельный архивариус с тремя дочками на шее и бедный, вечно: полуголодный, мечтательный, талантливый Ансельм в качестве объекта их притязаний. Именно эта сторона подчеркивается в финале сказки. Особенно остро и непримиримо социальная сторона иронии Гофмана раскрывается в его новелле «Крошка Цахес, по прозванию Циннобер», которую высоко ценил К. Маркс. В ней все заострено до предела, до трагической беспощадности. Нет здесь и иллюзорного, но все же благополучного конца, характерного для народной сказки.

Повествуется в <Крошке Цахес> о некоей стране, где правитель не стеснял свободы своего народа. Страна процветала, и поселилось в ней множество фей и волшебников, которые, как известно, обожают свободу. Они одаривали князя как могли, но от смерти защитить не сумели. Сын князя, Пафнутий, одолеваемый модными веяниями рационализма, запретил все свободы и изгнал всех фей, и только фея Розабельверде и волшебник Дльпанус остались, пожалев бедных людей княжества, откуда была изгнана сказка и всякие фантазии, где даже природу изучали по жареным гусям. Но они вынуждены были скрываться. Фея стала называться «фрау Розеншён» и вернув  возглавила приют для благородных девиц. Иногда добрые сердца волшебников не выдерживали, и они, несмотря на опасность, одаривали людей чудом. Так случилось и с бедной женщиной, крестьянкой Лизой, всю жизнь прожившей в страшной нищете. Ее сынок, вымоленный у Бога, оказался мерзким уродцем, как бы символизирующим самую суть беспросветной жизни своих родителей. Когда однажды мать заснула у дороги, ее увидела фея и, пожалев, наделила маленького уродца тремя золотыми волосками, которые начали творить невиданные чудеса. Всем стало казаться, что ребенок— красавец и умница. Только бедная мать ничего подобного увидеть не могла, не будучи подвержена магии золотых волосков.

Уродца Цахеса увозят ко двору, где вскоре делают министром, приписывая ему все хорошее, что бы ни совершил кто-то. Ученый делает открытие—а все восхваляют Цахеса, поэт читает стихи—а все аплодируют Цахесу; первые красавицы наперебой предлагают уродцу руку и сердце. Даже князь начинает себя чувствовать в своих владениях неуютно, Но живет в княжестве поэт Бальтазар. Он влюблен в прекрасную Кандиду и не может вытерпеть происходящего, поскольку видит истину, да к тому же именно у него Цахес отбирает любимую. Бальтазар разыскивает волшебника Альпануса, и тот разгадывает секрет Цахеса. Когда народ, которому в силу его природного здравого смысла тоже открылась истина, начинает бунт и золотые волоски наконец вырваны, все ужасаются своей слепоте. И забытый всеми уродец тонет в серебряном ночном горшке.

Однако это еще не финал произведения. Бальгазар, Кандиде и получает в дар от Альпануса поместъе и средства к существованию—иначе как же обрести : счастье в мире, где всего три золотых волоска одурачили целое княжество? Ирония Гофмана этим не исчерпывается.

Возлюбленные получили еще и такие великолепные дары: фея преподнесла ожерелье, которое избавляло Кандиду от досады на мелочи житейские, вроде неудачного банта на платье. На огороде у влюбленных овощи будут поспевать раньше, чем во всей округе, горшки на кухне никогда не перекипят и «ни одно блюдо не подгорит», на мебели никогда не будет пятен, стекла не будут биться, во время стирки всегда будет прекрасная погода.

Вот так из великолепной сказки писатель переселяет своих героев в единственно возможный мещанский мирок ибо ведь в реальном мире самая возвышенная мечтательница вынуждена волноваться из-за пятна на одежде, и без огородика не прожить, и: бежать от прозы жизни к феям невозможно, как бы ни великолепен был их мир. Да и феям приходится возглавлять приют для бедных, В мире буржуазного рационализма сотворить истинную сказку даже они не могут, как не могут предвидеть, к каким последствиям приведет их дар в виде трех золотых волосков в мире бесчеловечных законов, для них непостижимых.

Сказка не нужна этому уродливому абсурдному миру, где ум и талант принадлежат не их обладателю, а их покупателю, где сама любовь преобразилась до неузнаваемости, то отдается позолоченному уроду, то награждается не возвышенными деяниями, а поместьями, огородиками, веревочками, на которых хорошо сохнет белье. Не случайно В. Г. Белинский подметил, что Гофман "в самых нелепых дурачествах своей фантазии умел быть верным идее". Л Генрих Гейне, высоко ценивший своего современника и особо «выделявший его творчество из всего романтического наследия, писал: «Гофман со своими причудливыми карикатурами всегда и неизменно держится земной  реальности. . . »

Жизненное прозрение Гофмана рождалось не потому, он начинал тяготеть к реализму (он до конца оставался романтиком), а потому, что романтизм обладал своими средствами типизации, которые позже проявятся и у многих реалистов, от Бальзака до Достоевского, что еще раз подчеркивает внутреннее родство двух методов и направлений ХIХ века.

 

Частные мастера Винтовые лестницы на второй этаж

Полное описание первых признаков и выраженных симптомов при гепатите В здесь

Дренажная система водоотвода вокруг фундамента - stroidom-shop.ru

Правильное создание сайтов в Киеве https://atempl.com/r/

Поиск

 

Блок "Поделиться"

 

 

Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru

Copyright © 2022 High School Rights Reserved.